Ахерн ловил ртом воздух, согревался, жадно и часто дыша. Медленно возвращались силы. Он огляделся вокруг и содрогнулся. Повсюду метались люди. Большинству удалось добраться до скафандров. Те же, кто не успел, беспорядочно лежали на песке с лицами, посиневшими от удушья.

В двух шагах от себя Ахерн увидел Салли Робертса, тот скорчился у стены рядом с открытым аварийным ящиком для скафандров. Робертс успел натянуть скафандр, но тяжело перенес критическую стадию кислородной недостаточности; гигант все еще не пришел в себя.

– Салли! Салли!

Через минуту Робертс открыл глаза. Он с трудом поднялся, потряс головой, как бы прогоняя сон, и покачнулся, хватаясь руками за воздух.

Ахерн поддержал его.

Колония словно низверглась в ад.

Робертс печально показал рукой на колониста, упавшего в сотне ярдов от них, несчастный не успел добежать до ящика.

– Пойдемте, – хрипло проговорил Робертс. – Может, кому-нибудь нужна помощь.

Спустя несколько часов, когда оставшиеся в живых немного оправились, они собрались обсудить происшедшее. Встреча состоялась в зале мэрии.

Медленно, по одному входили ошеломленные люди в скафандрах.

Ахерн присел в стороне. Только теперь он осознал всю глубину трагедии.

Его переполняли горечь и злость на эту космическую выходку; было уже установлено, что купол разрушило марсотрясение. А он-то составил доклад: будущее колонии, считайте, обеспечено, и вот – сюрприз.

Инспектор услышал голос Картера, который проверял колонистов по списку.

– Андерсон, Дэвид и Джоан.

– Здесь.

– Антонелли, Лео, Мари и Элен.

– Здесь.

И гробовое молчание после следующей фамилии; вызов повторяется, и в длинном списке ставится крестик – пометка о смерти. Подсчет жертв и потерь продолжался весь день.

Как сообщил Картер, погибло шестьдесят три человека, пятьдесят семь находились в критическом состоянии. Ударная волна повредила купол, восстановить его было невозможно. В остальном ущерб оказался незначительным. Но теперь нужно было все начинать сначала – с купола. Если вообще стоило начинать.