– Вы правы, мой друг. Лишь один из куполов сооружен на средства ООН.
– А другой?
– Скоро узнаете. Я не хочу… э… чтобы у вас составилось предвзятое мнение. Пусть ваш доклад будет… э… правдивым. – Он повернулся на каблуках и направился к люку. – А теперь, с вашего позволения, я пойду присмотрю за грузом.
Люк с лязгом захлопнулся, и Ахерн остался один, в недоумении разглядывая купола-близнецы.
2
– Отнесите гироскопы туда, – распорядился Вэлоинен, и три члена экипажа с готовностью выполнили приказ, переставив ящики в указанное место.
– Порядок. Вот и все, – сказал командир космолета.
Ящики, подготовленные к отправке, выстроились полукругом возле корабля.
Вэлоинен бросил мимолетный взгляд на Ахерна, стоявшего в бездействии у борта. Представитель ООН чувствовал себя все более неуютно, отчасти потому, что не привык к громоздкому скафандру, который сковывал движения, а отчасти потому, что не знал, куда себя деть, в то время как пилоты возились с грузом.
– Как настроение, Ахерн?
Инспектор ООН неловко кивнул гермошлемом.
– Просто великолепное, – ответил он.
Регенератор воздуха давил ему на спину между лопатками, ощущение было отнюдь не из приятных, но он и не думал сознаваться в этом командиру корабля.
– За вами прибудут с минуты на минуту, – проговорил Вэлоинен. – Я сообщил им, что доставил подъемный кран, и сюда движется целая армада пескоходов. Колонисты передали, что просто мечтают о встрече с вами.
Ахерн собрался с мыслями. Похоже, его задание окажется не таким и простым. Он должен определить, оправданы ли огромные расходы ООН на марсианскую колонию. Ахерн твердо намеревался оставаться честным и беспристрастным до конца миссии. Он прибыл сюда, чтобы решить судьбу колонии – жить ей или умереть.
В ООН поверят его докладу. Так случалось всегда: Ахерн уже не раз доказывал свою объективность. В жизни у него была лишь одна прочная привязанность, привязанность к многоглавому международному гиганту – Организации Объединенных Наций. Ахерн, ее служащий второго поколения, был идеальным инспектором.